Поиск авиабилетов


Поиск отелей


УАЗ-рекордсмен

Comments Off on УАЗ-рекордсмен

Новостные и автомобильные ресурсы пестрят сообщениями о том, что УАЗ 469 установил рекорд вместимости. 32 человека общим весом 1,9 тонны влезли в автомобиль и проехали 10 метров. Но лично меня заинтересовала фраза “в 70-е годы прошлого века УАЗ 469 во время испытаний автомобиля въехал на Эльбрус без специального снаряжения и благополучно спустился вниз”. Пришлось немного погуглить и на форуме уазоводов по этому поводу нашлась статья, которую и предлагаю Вашему вниманию.

Уаз на Эльбрусе

Уаз на Эльбрусе

В 1974 году Алексею Павловичу Берберашвили (автоклуб Нальчика, Северная Осетия) пришла в голову дерзкая мысль: а не отправиться ли на «уазике» на Эльбрус. Конечно, не на самую вершину, а на максимальную высоту. Это была еще и возможность показать всему миру, что мы и тут впереди планеты всей.

Соответствующий опыт у Берберашвили уже имелся – за восемь лет до этого он, поднявшись на мотоцикле собственной конструкции на восточную вершину Эльбруса, стал первым в мире мотоальпинистом. Его достижение широко комментировалось не только у нас, но и за рубежом.

Если мотоцикл откажет в пути, сильный и тренированный мужчина сможет с ним справиться. Но машина не мотоцикл, поэтому требовалась тщательная подготовка. Водителей искать Алексей Павлович отправился на один из очередных чемпионатов Советского Союза по автокроссу, который проходил в городе Грозном. И договорился с руководством команды «АвтоУАЗ», что после этого чемпионата несколько гонщиков проведут рекогносцировку будущего маршрута. Вот так, тихо и по-будничному просто – как контрольный заезд, – было осуществлено первое восхождение УАЗа на Эльбрус.

Автомобильная дорога заканчивалась в Терсколе на высоте около 2150 метров, а дальше к вершине мог пройти только спецтранспорт – «горные форды». Так называли безотказных и выносливых ишаков. Они только и выручали альпинистов с их немалым порой грузом. И вот сейчас по ишачьим тропам предстояло пройти трем обычным УАЗ-469Б.

После тщательного анализа результатов предварительного заезда для решающего штурма был выбран маршрут со стороны Нальчика, которым пользовалась тяжелая армейская гусеничная техника, доставлявшая грузы для строительства канатной дороги. Назвать дорогой узкий, обвивающий гору серпантин в одну колею, идущий по нагромождениям камней и по коварно шуршащим осыпям, можно лишь с очень большой натяжкой. Если в дальнейшем вы встретите это слово, то считайте его чисто условным. Насколько он опасен, можно судить по тому, что машины не переставали танцевать, делая не очень изящные па, почему-то преимущественно в сторону пропасти.

На штурм Эльбруса должны были пойти серийные УАЗы, изменения если и были, то минимальные. В те времена по правилам, действующим в автокроссе, не допускалось «разгонять» двигатель, можно было разве что усилить подвеску. Естественно, тщательно протянули весь автомобиль, поставили более широкие диски с мягкой резиной. Двигатель взяли новый, прямо с конвейера. Один из участников обкатывал его, наматывая круги по Ульяновску. Поставили лебедку и кабестан, но, как выяснилось позже, эти механизмы в горных условиях оказались малоэффективными.

И вот руководитель мероприятия Гариф Абдуллович Халитов запускает секундомер – машины со стартовыми номерами 88,66 и 26 выезжают из лагеря.

Автомобили идут впритык одна к другой – на случай, если придется подстраховать друг друга. С каждой сотней метров подъем становится все круче, все труднее вписаться в повороты, порой колеса скользят по самой кромке. Нужно обладать отменной реакцией и уметь в доли секунды принимать единственно верное решение, чтобы лавировать на узеньком пространстве между пропастью и отвесной каменной стеной, стараясь не задеть большие камни картером или глушителем. Входя в поворот на крутом сыпучем склоне, нельзя останавливаться даже на мгновение, чтобы оглядеться, и уж конечно нечего и думать притормозить – машина тотчас же потеряет сцепление с грунтом, пойдет юзом. Идти можно только на передаче, только на скорости.

Один случай: во время маневра машина потеряла сцепление с грунтом и начала скользить. Естественная реакция в этот момент -отвернуть к стене и притормозить. Но этого как раз и нельзя делать. Как поступил опытный водитель? Довернул руль в сторону обрыва и… прибавил газу. И машина вновь стала управляемой.

Конечно, было очень тяжело. Из-за разреженности воздуха резко падала мощность двигателя – с официальных семидесяти двух «лошадей» можно было смело скидывать двадцать. Двигатель, как и человек, также подвержен кислородному голоданию. Очень тяжело было водителям. Машины часто зарывались в снег, и приходилось работать лопатой, а в горах это труд изнурительный.

Но все-таки люди и машины преодолели все трудности. Секундомер зафиксировал 38 минут чистого хода – за это время машины достигли высоты 4200 метров.

Спустившись за те же 38 минут чистого времени (ибо спускаться с горы можно только на той же передаче, что и подниматься), финишировали в Терсколе. Во время отдыха уставшие донельзя водители говорили о том, как остро нужен транспорт, способный передвигаться по высокогорному бездорожью. Он нужен спасателям, он нужен ученым. Грузов стало столько, что «горные форды» уже не справляются.

Самое интересное: это восхождение УАЗов на Эльбрус было по счету не вторым – после контрольного, а третьим. В ночь перед официальным восхождением в Терскол пришли двое из спасательной службы Приэльбрусья. В трещину провалился человек. Подниматься спасателям, чтобы вытащить пострадавшего, своим ходом – значит потерять время и рисковать жизнью человека.

Испытатели откликнулись на беду и за 15 минут доехали со спасателями до пика 105. От запланированного финиша, ехать к которому предстояло днем, их отделяло лишь несколько сот метров.

Comments are closed.